Сербия

Уже в самом начале Первой мировой войны правительство Сербии провозгласило, что ведёт войну за освобождение южнославянских народов и их объединение в рамках Великой Сербии. В апреле 1915 года в Лондоне был сформирован Югославянский комитет из представителей национальных движений южных славян на территориях, входящих в состав Австро-Венгрии, для координации усилий по свержению австрийской власти. 20 июля 1917 года на Корфу между Югославянским комитетом и правительством Сербии была подписана декларация, предусматривающая объединение Сербии, Черногории и южнославянских земель в составе Австро-Венгрии в единое независимое государство во главе с королём из сербской династии Карагеоргиевичей и с равными правами трёх наций — сербов, хорватов и словенцев.[5][33]

Поражение Австро-Венгрии в войне и её коллапс позволили реализовать идею объединения южных славян. Уже 29 октября 1918 года в Загребе было объявлено о создании Государства словенцев, хорватов и сербов на территориях, ранее входящих в состав Австро-Венгрии. 24 ноября 1918 года о вхождении в состав Сербии заявил народный сабор Срема, день спустя такое же решение принял национальный комитет сербов Воеводины, а 26 ноября было объявлено о присоединении к Сербии Черногории. Наконец 1 декабря королевство Сербия и Государство словенцев, хорватов и сербов объединились в единое независимое государство, получившее название Королевство сербов, хорватов и словенцев. Его королём был провозглашён Пётр I Карагеоргиевич.

Идеологической основой нового государства стало «югославянство», выросшее из иллиризма: в рамках единого государства сербы, хорваты и словенцы должны были с течением времени сформировать единый югославянский народ. Эта концепция, однако, не признавала национальную самобытность прочих славянских народностей страны (славян-мусульман, македонских славян и черногорцев), которые официально считались сербами. Неславянские народы (косовские и македонские албанцы, боснийские и санджакские турки, венгры и немцы Воеводины) оказались на положении нежелательных этнических меньшинств, причём если в отношении венгров и немцев государственная политика была относительно толерантной, то турки и албанцы подвергались открытой дискриминации, нацеленной на выдавливание этих народностей из страны.[5][34] Одновременно поощрялось переселение сербских колонистов в Македонию и Косово[35], а использование македонского языка в учреждениях образования и органах власти запрещено. Выступления македонских славян и албанцев против сербизации жестоко подавлялись.[36] Тем не менее, македонский и албанский вопросы по своей остроте в политической жизни государства сильно уступали главной внутренней проблеме: сербо-хорватским противоречиям. Сербия являлась безусловным ядром нового государства, а сербская элита заняла доминирующие позиции в политической системе страны. Это вызывало недовольство хорватской буржуазии и интеллигенции. Интеграционные процессы, основанные на сербской политической культуре, натолкнулись на отпор хорватов. Число приверженцев «югославянства» в Хорватии быстро сокращалось, росла популярность националистических идей.